AI Hackathon: Итоги встречи с медиа

AI Hackathon Light

В процессе подготовки к AI Hackathon к нам поступало и продолжает поступать масса вопросов.  Для того чтобы максимально прояснить тему искусственного интеллекта и объяснить, почему мы выбрали для хакатона именно ее, 29 марта мы встретились и пообщались с представителями медиа. От нас во встрече участвовали создатель АІ-платформы LifeTracker Михаил Нестор, СЕО Digital Future Алексей Витченко и ведущий инвестменеджер Виктор Компанеец.  

Предлагаем вам стенограмму встречи:


Виктор: AI Hackathon проводится в Украине впервые. В Европе – вероятно, тоже. Во всяком случае, нам не удалось найти ни одного подобного мероприятия. Во-первых, потому что тематика достаточно сложная. Во-вторых, в рамках хакатона очень сложно представить себе, какой можно получить результат.

Мы хотим собрать людей, заинтересованных тематикой ИИ. Скорее всего, будут представители самых разных направлений, стадий и школ. Только в самой Украине есть несколько школ: киевская школа кибернетики, харьковская, днепропетровская, одесская и другие.

Михаил: На сегодня искусственного интеллекта в чистом виде нет. Человечество еще не смогло решить эту проблему. Тем не менее, вокруг темы много шума, рассказов о том, что ИИ существует, и это не случайно.

То, что существует сейчас – это weak AI, neo AI, т.е. «узкий ИИ», который применяется для решения конкретных задач. Все знают о DeepMind, который выиграл в игре го. Система, которая обыграла корейца в го, работала на двух тысячах процессоров и 170+ графических процессоров. Но если вы захотите применить ее для распознавания картинок, что умеет делать Google или Facebook, то она этого не сможет сделать.

Как только компьютер будет способен что-то делать, что раньше способен был делать только человек, это уже перестает быть проблемой ИИ, — так шутят те, кто занимается темой ИИ. Когда у нас будет бот, который сможет поддерживать в чате разговор с потребителем, и его нельзя будет отличить от человека, тогда это будет круто. Но перестанет быть ИИ, а будет узкими прикладными решениями на распознавание речи, и это не так интересно.

Решения, которые относят к ИИ, — это решения из области, в которых раньше не могла действовать машина. Сейчас телефон даже двухлетней давности мощнее, чем компьютер, управляющий приземлением Appolo на Луну.

AI Hackathon meeting

То есть растут мощности, растут возможности. Теперь машина может распознавать речь и образы, поддерживать принятие решений. Часто это строится на традиционных математических методах: исследований операций, теория графов, комбинаторика, теория вероятности, теория игр и т.д. Все они были сильны в советской школе, и это позволяет нам верить, что выпускники наших технических вузов и просто самоучки смогут предлагать, разрабатывать, придумывать решения, которые смогут конкурировать на мировом уровне. Вместо того, чтобы просто аутсорсить свою сырую силу, верстая веб-сайты, работая в больших аутсорсинговых компаниях и т.д. То есть инициатива AI Hackathon – заключается как раз в этом.

Кроме того, если раньше математика и теория решений были известны, то теперь открываются и готовые решения. Так, Google открыл свое решение TensorFlow, позволяющее распознавать речь.

То есть эти вещи позволяют человеку без затрат, просто имея компьютер, что уже не является предметом роскоши, будучи даже студентом старших курсов или работая где-то full-time, заниматься интересными проблемами в сфере ИИ. Венчурный капитал, в той или иной форме, существует как раз для поддержки таких людей. Для этого существуют акселераторы, инкубаторы, ангелы, для этого проводится AI Hackathon.

Алексей: Для нас это будет уже четвертый хакатон.

В мире тема AI – довольно горячая. В Давосе целая секция была посвящена ИИ, Alibaba недавно основала фонд на $1 млрд, чтобы вкладывать деньги в ИИ. Недавно в Южной Корее основали фонд на $860 млн.

Мы надеемся получить на AI Hackathon интересные идеи и проекты. Мы хотим помочь нашей стране уйти от модели аутсорсинга в «продуктовую» сторону. Тема ИИ может помочь создать уникальную инновацию.

Виктор: Отчасти поэтому формулировка канвы заданий на  AI Hackathon несколько отличается от того, что обычно происходит на хакатонах.

Мы ставим перед командами более бизнесовую задачу, т.е. постараться применить свои знания в определенном секторе технологий, которые относятся к категории ИИ.

Понятно, что в рамках 48 часов получить готовое решение невозможно, но можно показать подход, аналоги реализации, постараться подтвердить свою бизнес-идею, идентифицировать проблему.

AI Hackathon meeting

Поскольку презентация продуктов пройдет на английском языке (это одно из требований), мы надеемся, что сможем привлечь зарубежных инвесторов и менторов, а не только отечественных.

Алексей: Как раз в то же время, когда проводится AI Hackathon, пройдет KyivStartupWeek, куда тоже приглашены иностранные инвесторы и менторы.

Виктор: Иностранцы, с которыми мы уже общались, с большим интересом отнеслись к мероприятию. С одной стороны, это смело и рискованно, с другой – надо же когда-то заявлять о себе и создавать возможности до команд, чтобы они могли попробовать реализовать свои идеи.

Будут ли привлекаться академические учреждения?

Виктор: Мы открыты для любых предложений, но общаться с академиями не видим смысла, т.к. те разработки, которые от них исходят, не жизнеспособны в плане бизнеса. В силу своей закостенелости многие не в состоянии применить на практике те разработки, которые теоретически могли бы получить практическое и бизнесовое применение. И я это говорю как бывший ученый. Одна из проблем нашей науки – это, то что ученые варятся в собственном соку. Часто бывает так, что они разрабатывают то, что мало кому нужно, в то время, как рядом лежит проблема, решение которой принесет миллионы, стоит только его реализовать.

Алексей: Мы придерживаемся прагматичного подхода. Мы хотим объединить программистов с предпринимателями.

Можно прийти со своими заготовками и соображениями на AI Hackathon, не важно на какой они стадии?

Виктор: Да, конечно. Если у вас идея, вы можете ее представить участникам: маркетологам, биздевам, программистам, дизайнерам и т.д. На то, чтобы ее представить, у вас будет 30 секунд или минута, регламент пока согласовывается.

Михаил: Главное, чтобы это было принципиально выполнимо. Очень часто стартапер сталкивается с тем, что у него есть идея, ему ясно, как ее воплощать, но у него нет для этого ресурсов, т.е. людей, которые будут вести техническую часть. Именно для этого нужны хакатоны.

Если участник выберет проблему, наметит решение, разработает бизнес-модель, то для 48-часового отрезка, это может быть вполне жизнеспособный вариант. Если люди могут четко артикулировать, что они собираются сделать, как они это будут делать, на чем зарабатывать, и в чем тут бизнес, то этого уже достаточно.

Вариант, что мы научили нейронную сеть распознавать созвездия в небе, ну, ок, а что дальше? Хотя, может, кто-то помнит, что одно из первых приложений на iPad было Star Walk, и было очень популярно смотреть на небо через iPad и определять созвездия. Приложение покупали, и это было реальным бизнесом. Это только один из примеров «бизнеса» и «небизнеса» на основе одних и тех же данных.

Что больше ценится на питче: продукт (идея) или бизнес (возможность заработать)?

Алексей: И то, и другое.

Виктор: Важно, чтобы вы могли зажечь своей идеей других участников хакатона. С вероятностью в 99%, вы соберете команду под одну идею, а потом в процессе работы она трансформируется.

Как за 48 часов подтвердить жизнеспособность своей идеи? Статистикой?

AI Hackathon meeting

Михаил: Показать, что она принципиально выполнима. Например, если у вас какая-то бизнес-гипотеза, то можно показать статистику по рынку, аналогичные решения, при этом объяснив, чем вы будете отличаться, и за счет чего вы их (конкурентов) победите. Если это техническая реализация, то рассказать, чем вы будете пользоваться, и как это будет работать.

— Мы не говорим о том, что нам нужно получить обратную связь от потребителей?

Виктор: На самом деле, вы можете ее получить, и в идеале это приветствуется. Некоторые участники уже планируют, с кем из потенциальных потребителей из Европы и США, они проведут skype-call после общения с командой.

Михаил: Если в команде есть хотя бы один ориентированный на бизнес англоговорящий участник, то он может найти и пообщаться с потенциальными клиентами через соцсети, например. На сутки сесть в LinkedIn, а за сутки можно напродавать в LinkedIn на год вперед.

Как пример валидации и traction, в В2В-стартапах (под что реально получить деньги), могут быть просто письма-намерения от потенциальных клиентов, которые, к примеру, напишут: если вы такое-то построите, по такой-то цене нам будет интересно. Получить такое письмо не так сложно, как кажется. Если таких писем будет 20, то это уже будет минимальная валидация.

Казалось бы, это очевидно, но очень многие годами сидят в офисе или в гаражике и делают продукт, вместо того, чтобы отправить два слайда потенциальному клиенту и получить обратную связь.

— Механизм реализации – речь не идет о техническом решении?

Михаил: Речь идет, как минимум, о логике технического решения. Потому что если вы говорите, к примеру, что вы делаете сайт, который будет торговать футболками, который будет автоматически уже на первом заходе показывать человеку именно те футболки, которые он купит, то я задал бы вопрос: «каким образом?» И вы ответите: «Ну, я найду такое решение». То я отвечу, что такого не существует пока.

Если вы еще сможете бюджет под это сделать, указав, что вам нужно, к примеру, 10 разработчиков, то вообще прекрасно.

— Насколько это горячая тема для Украины?

AI Hackathon meeting

Виктор: На сегодня 10 из 10 онлайн-магазинов электроники используют систему с искусственным интеллектом. Все мобильные операторы используют  системы с искусственным интеллектом. Всё, что называется Business Intelligence – это системы либо с Deep Learning, либо с чем-то, что связано с искусственным интеллектом. Когда речь заходит о Big Data, то можно не сомневаться, что в их обработке задействованы тоже системы с искусственным интеллектом. Или IoT – тут вмонтированы крошечные датчики, которые оперируют Big Data, и снова мы возвращаемся к ИИ.

В нашем портфеле три компании, которые используют технологии с искусственным интеллектом, причем мы об этом узнали уже чуть позже. Мы просто видели, что люди делают, получают результат, привлекают клиентов. Большая часть проектов, которые рассматривает Digital Future, так или иначе связаны с ИИ. Когда мы начали готовить AI Hackathon, то поняли, что все мы, так или иначе, используем системы с искусственным интеллектом.

Но не всегда говорят в лоб, что используют искусственный интеллект, а говорят о решении некой бизнес-задачи, даже не раскрывая методы и алгоритмы. Но эти алгоритмы, с высокой долей вероятности, связаны с системами ИИ.

Михаил: Если говорить об украинском рынке, то можно говорить, что везде, где есть анализ и профилирование клиентской базы применяются системы с ИИ: финансы, в e-commerce, телеком и т.д. С другой стороны, всё время всплывает вопрос: почему украинская компания не может работать глобально? Почему она не может работать на украинский, европейский, американский и азиатский рынок? Мы же не говорим, что немецкая автомобильная компания недостаточно патриотична, если у нее заводы в других странах, или она продает свои автомобили в другие страны. Но нет ничего плохого, если украинская компания будет работать не только на локальном, но и на глобальном рынке. В Украине неплохая тестовая площадка, тут можно найти минимальный network, чтобы найти людей и договориться, сделать пилот, и наши стартапы это делают. А потом, «поиграв» здесь, пойти куда-то дальше.

Алексей: У нас все-таки 200 тысяч программистов. 100 тысяч – по официальным данным, а еще 100 – на биржах сидят.

AI Hackathon meeting

Виктор: Помимо программистов, очень важную роль в развитии ИИ играют гуманитарии. Именно они генерируют самые интересные проекты в этой области.

Алексей: Но все равно нужно будет запрограммировать. Гуманитарий дает идею, но ее должен кто-то воплотить.

Виктор: Сейчас катастрофически не хватает гуманитариев в ИИ-разработках, я имею в виду, специалистов по языку, по психологии, социологии, медицине и т.д.

Михаил: Если взять медицину, являющуюся одной из ведущей областей применения продуктов и технологий в области ИИ и машинного обучения, то Украина в медицине, несмотря ни на что, является очень сильной страной. Но к сожалению для нас, мы экспортируем докторов и даже медперсонал.

То, о чем говорил Виктор, это вопрос междисциплинарной комбинации, т.е. когда люди с одним опытом могут как-то «квантифицировать» опыт людей, представляющих другие сферы знаний и работы.

— Вы сводите всё к формуле: взять что-то нетехническое + AI = профит?

Михаил: Нет. Штуки «+AI» не существует. Которое можно было бы прикрутить к биологии или к лингвистике. «+AI» рождается из комбинации разных вещей. Нет такой технологии, алгоритма, программной библиотеки, которая называется AI.

Виктор: Есть конкретное решение конкретной проблемы, из которых могут вырастать большие системы.

Михаил: То есть вопрос не в том, чтобы «прикрутить», а вопрос, для какой проблемной отрасли вы решаете задачу.

AI Hackathon meeting

На нейронных сетях свет клином не сошелся. Вы можете взять сферу, где возникают данные. По сути, речь идет об интерфейсе «человек – механизм», и каким образом можно улучшить это взаимодействие, этот интерфейс – автоматизировать, индивидуализировать и так далее.

Мы взаимодействуем с огромным количеством в повседневной жизни. Возьмите тему энергоэффективности, она напрямую зависит от прогресса «умных систем». Нам быстро надоедает то прикручивать батареи, то откручивать; мы кричим на детей, чтобы они выключили за собой свет, но в какой-то момент нам это надоедает, и мы приходим к тому, чтобы заплатить лишние 100 гривен и не кричать на ребенка. Если эти 100 гривен умножить на всё взрослое население Украины, то получается громадная сумма. Система, которая способна определять, находитесь вы в этой комнате или нет, нужен вам тут свет или нет, может стоить сейчас 30 центов. Или тепло, которое должно включаться примерно за час до того, как вы приезжаете домой. Это пример узкого применения «умных систем». И тут нет Big Data, которыми нужно «кормить» нейронные сети.

Сейчас мы, люди, подошли к тому моменту, где любой прогресс в любой сфере не лежит в линейном улучшении, к примеру, сделай проект еще быстрее, окно – еще шире, а батарею – теплее. Любой прогресс лежит в управлении всем тем, что мы уже научились строить и уже выстроили в «умном», во взаимодействии всего этого «умного», всех этих приложений, стартапов, технологий, сайтов и т.д. Понимание того, как со всеми этими разработками жить, не лежит в плоскости того, чтобы сделать компьютер еще мощнее или еще более «хитрой» математики, а в том – чтобы понять, как работают люди, как у них всё устроено внутри, и почему они ведут себя так, а не иначе. Как это начать перекладывать в ядро всех-всех систем, программ, механизмов, устройств, с которыми мы взаимодействуем. Вот это то, что будет происходить следующие лет 10.

— Я – гуманитарий, психолог, хочу принять участие в хакатоне, но у меня нет никакой технической экспертизы, вообще. Я не знаю программирования, я не математик. Но у меня есть некая идея, проблема, которую теоретически можно было бы решить с помощью применения ИИ. Могу ли я участвовать в AI Hackathon?

Михаил: Вопрос не только в понимании своей предметной области. Необходимым ресурсом для того, чтобы транслировать свои навыки и знания в какое-то решение, является минимальная способность системно мыслить, т.е. формализовать и структурировать те знания, которые у вас есть, обнаружить там какую-то проблему, какую-то систему. Потому что для того, чтобы общаться с разработчиками и теми людьми, которые это воплотят, вам нужно уметь структурированно это объяснить.

— К Digital Future приходил запрос от психиатра, который состоит в авторитетной профильной ассоциации, которого заинтересовал проект LifeTracker, поскольку проект позволяет прогнозировать поведение. А есть же заболевания, в которых проявляется определенная цикличность. Кроме того, вопрос о прогнозировании поведения возникает не только у медиков, но и у тех же «рекламщиков».

Михаил: Да. Человек пришел с конкретной проблемой. Он говорит: я знаю предметную область, и у меня есть такая-то проблема; у меня есть люди с рассеянным склерозом, болезнью Паркинсона, расстройствами памяти. У него был запрос на то, чтобы построить систему, позволяющую формализовать для пациентов их ежедневную рутину и вовремя подсказывать им, какой шаг они должны сейчас сделать. То есть им нужно создать своеобразный протез.

Психиатр не знаком с технической частью, но у него есть конкретный запрос и конкретная проблема, к которой нужно приложить некое решение. Что это будет за решение – это и есть предмет разработок на хакатоне. Грубо говоря, сядут еще 3 математика, 2 программиста и будут думать, а как они смогут решить такую проблему.

Виктор: Одна из причин, почему мы решили провести AI Hackathon, — это проверить, сможем ли мы провести в Украине масштабную конференцию по изучению AI. Сможем ли мы собрать достаточную аудиторию? Сможем ли собрать активистов? В Украине на сегодня проходит 6-7 конференций на тему AI, разной степени научности.

С другой стороны, конференции, посвященные AI, которые проходят в Корее – это шоу.

Алексей: Мы хотим, чтобы люди создавали по-настоящему инновационные продукты в сфере AI, которые будут пользоваться спросом.

AI Hackathon meeting

Михаил: Стадия, на которой мы сейчас находимся, это актуализация проблемы. Мы хотим вывести обсуждение из underground, из очень тесных групп специалистов, не выходящих за пределы кафетериев dev-компаний, в открытое информационные поле, чтобы люди узнали об этом. Как пример – академик-психиатр, узнавший о LifeTracker благодаря тому, что релиз о сделке с Digital Future очень широко разошелся, и не думавший, что в Украине есть кто-то, кто занимается чем-то подобным.

— То есть цель хакатона – это поднять тему на научно-популярный уровень? И как iForum, хакатон предназначен для широких масс?

Алексей: Наш хакатон будет менее масштабным. Мы выступаем в роли стартаперов с конкретной гипотезой, которую мы хотим проверить на проведении AI Hackathon.

Плюс мы хотим интересные проекты и идеи, в которые мы могли бы инвестировать.

На самом деле, LifeTracker – это не один продукт, а целая платформа, на базе которой можно было бы реализовать и другие идеи в сфере ИИ.

— Какие продукты можно было построить на платформе LifeTracker?

Михаил: Идея того, что мы делаем, состоит в том, чтобы построить систему, умеющую адаптировать поведение любой системы (будь это soft / hard) к нуждам, стилю жизни, графику конкретного человека.

Грубо говоря, вы взяли календарь на телефоне, и это не просто календарь, который нужно настраивать, а это календарь, который смотрит, как вы себя ведете, и с третьего-четвертого дня начинает вас немного понимать. Вы себе установили систему «умный дом», в том или ином виде, и к вам приезжает «дядька с ноутбуком», который всё настраивает.

Что мы строим сейчас для реализации своих умных задач, для того чтобы показать, как платформа работает, в качестве demo-case мы используем приложение для продуктивности. С одной стороны, приложение берет ваши задачи, заметки, встречи и другие дела, которые вы обычно разбрасываете по разным местам (гаджетам). С другой, — отслеживает данные в back-ground, пользуясь только вашим телефоном, т.е. это локация, время плюс некоторые секреты.

Я приведу пример. Сейчас для Android есть открытая библиотека, созданная шестерыми кембриджскими учеными, которая с 92%-ной вероятностью определяет ваше эмоциональное состояние просто по тому, как вы держите телефон в течение дня, используя гироскоп и акселерометр. Вот, кстати, идея для хакатона.

Что делаем мы, так это собираем какие-то данные, и соотносим их между собой, т.е. где и когда вы находитесь, и какие у вас там дела, а также где вы будете находиться через 2 часа, чтобы напомнить вам, что нужно сделать. Если вы возьмете Wunderlist, где есть геопривязка задачи, то приехав домой, Wunderlist увидит, что вы дома и сообщит: когда будешь ехать домой, купи молока. Но это глупо, потому что вы уже дома. Для того чтобы принести вам пользу, о молоке вам нужно напомнить, когда вы будете уезжать из офиса.

На сегодня нет приложения, которое умеет это делать.

Почему платформа: наше мобильное приложение общается с сервером через API уже, сразу, и оно учится с ним разговаривать. Наше ядро управляет поведением приложения, каждого приложения, которое есть. У нас есть ядро, мы делаем его копию для каждого пользователя и обогащаем его личностными данными, то есть поведением конкретного пользователя, его местами, его графиком. И эта копия начинает управлять приложением. Как и искусственный интеллект. Но каждая копия – это не универсальный движок, как на магазине, когда вы зашли на Amazon, и вам начинают рекомендовать книги, которые вам, вероятно, понравятся. Это личный движок, умеющий понимать, что нужно, когда нужно, где нужно этому пользователю. Сначала на очень простых задачах, например, вовремя напомнить вам купить молока. Это как будто общаться самим с собой, но ничего не забывая.

AI Hackathon meeting

Что мы хотим дальше делать: мы убираем телефон, у нас остается сервер, у которого есть описанное API, есть SDK библиотеки, на которых вы можете строить свое решение. То есть вы можете взять приложением Booking.com, например, которое продает вам билеты или гостиницы, отправляет вам какие-то «пуши» и модификации. И вместо того, чтобы спамить вас тогда, когда вам это совершенно не нужно, оно начинает отправлять вам сообщения, когда вам это нужно. К примеру, заглянув в ваш календарь, чтобы посмотреть, есть у вас поездка или нет. В конце концов, можно прислать вам какую-то акцию не во время вашей бизнес-встречи, пробежки или за рулем, а когда вы пьете кофе и отдыхаете.

Речь идет о понимании контекста.

— Правильно ли я понимаю, что программа отслеживает вас по каким-то параметрам и скриптует сценарии в соответствии с вашей моделью поведения? Движок сам внутри пишет скрипт.

Михаил: По сути, да. Кроме того, она работает в режиме real-time, не совсем так, как работает Big Data (когда вы раз скачали, потом раз в сутки или раз в неделю «переварили», «покластерилизировали», может, аналитики что-то обработали), и потом оно разошлось по всем. А у нас эта штука работает в реальном времени. И если сегодня приложение научилось на полмиллиметра чему-то новому, что может критично добавить ему в понимании вас, то станет доступным в поведении приложения прямо сейчас, а не со следующим обновлением.

На front-end мы держим поведенческую копию именно этого человека в очень сжатом виде.

Я сам занимаюсь этим вопросом 10 лет, но у нас очень молодая компания. Мы работаем меньше полугода в официальном режиме. Но с техническим сооснователем мы общаемся несколько лет. На сегодня у нас есть 7-8 запросов от компаний, самых  больших в их сферах, заинтересованных в таких решениях, которые мы можем предложить. Это совершенно разные компании: глобальный рекламный холдинг из Нью-Йорка; компания №2 в мире по системе «умных домов»; страховая компания АХА Insuarance – европейский офис (ей интересно прогнозировать health-care и вероятность наступления страхового случая или болезни) и другие. Это совершенно разные вертикали, которые можно строить на одном и том же. От компании, которая входит в портфель Digital Future, тоже поступил запрос.

Внутри нашей компании мы придумали и используем понятие «индекс человечности». Это то, насколько большую роль играет человеческий фактор в этом конкретном бизнесе. Наш бизнес: это когда у соседей сверлят, когда у кого шаббат и т.д. Не наш бизнес – это как перегревается инструмент, сколько вращений совершает сверло и т.д.

Например, темой для AI Hackathon могли бы стать разработки в аграрной сфере. Например, дроны, которые оценивают состояние полей. Или вот пример: мы были в акселераторе Deutsche Telekom в Польше пару месяцев назад, и там были ребята из Варшавы, бизнес которых состоит в том, чтобы их беспилотные дроны, летающие на очень большие расстояния и проверяющие трубопроводы. На дронах есть тепловизоры, и они определяют, есть ли где-то прорыв, даже если трубопровод проложен под землей. Управлять этим дроном не нужно, он отправляет телеметрию в реальном времени. Это один кейс, в котором может существовать десяток стартапов в разных сегментах.

Один из прошлых выпускников нашего барселонского акселератора StartupBootCamp берлинская компания Teraki работает в сфере IoT, «удаленных» сенсоров и датчиков, и решает проблему энергопотребления. Одна из самых больших проблем в IoT – это батарейка, т.к. вы что-то прикрутили, и оно висит на трубе, а ты не можешь ко всему провода подвести, и батарейка работает, пока не умрет. Так вот, Teraki никак не связана с темой батареек, она связана с алгоритмами. Что она делает? Она весь объем данных, которые собирает сенсор, прямо на сенсоре ужимают и отправляют меньшее количество пакетов. Меньшее количество пакетов – меньше работает радиопередатчик, как следствие, экономится электроэнергия. Но ребята из Teraki закончили Институт Макса Планка и у них PhD по квантовой физике. Однако они тоже стартаперы.

В Украине очень хорошая школа, нас учат не думать узко, у нас всё в порядке с мозгами. И всё это можно обернуть в подобные идеи. Наша самая большая проблема – это комплекс провинциальности, мы стесняемся. Стесняемся рассказать, какие мы умные, а остальные не стесняются. На AI Hackathon мы постараемся научить не стесняться.

— На хакатоне люди смогут использовать платформу LifeTracker для создания каких-то продуктов?

LifeTracker

Михаил: Я не знаю. Думаю, с точки зрения логики, да, смогу помочь. Но технически включиться пока нет. Мы сейчас наш Android из QA выпускаем в мир, и мы сами хотим «оттестить». Физически платформа существует, и мы с ней работаем, просто не документировано для внешней публики.

— За 48 часов можно построить какой-то MVP, в LinkedIn пообщаться, а что с техническим решением – дальше логики дело не пойдет? Больший процент проектов будет использовать платформы, типа TensorFlow, или больше будет построения своих сетей?

Михаил: Может быть и то, и другое. Может быть бизнес-идея в каком-то виде. У нас же бизнес-хакатон, а не программистский. Главное, чтобы нам доказали, что это (идея, разработка, прототип и пр.) возможно, и что команда может это сделать, а для этого нужно, чтобы техническая часть команды хоть что-то сделала.

— На старте насколько готовым нужно прийти: с «нулевой» идеей, или с решением?

Виктор: По правилам хакатона, идея должна быть анонсирована на хакатоне, команда собирается на хакатоне, и в течение 48 часов команда совместно делает продукт.

Специально для готовых проектов выделили время – 17 апреля в 14:00, когда можно их запитчить.

У нас промышленный Wi-Fі, рассчитанный на 5 тыс. соединений, т.е. мы можем до тысячи человек обслужить «вай-файем».

В коворкинге с комфортом располагаются 150-170 человек. С меньшим уровнем комфорта может и 400, был прецедент, когда мы проводили DOU Hackathon.

 

Напомним, что следить за обновлениями и свежей информацией о ходе подготовки к AI Hackathon можно на сайте Digital Future и на FB-странице компании.

 

Модерировала встречу и записывала беседу

пиар-менеджер Digital Future и руководитель проекта Thinking Investor

Екатерина Гичан

Пред. След.