Роман Гольд: Украинская экосистема инноваций не должна ограничиваться копированием пути других государств

Roman_Gold

В нашем информационном пространстве всё чаще всплывает тема Израиля в контексте сходства ситуации там и у нас. Насколько оправданны такие аналогии, и как обстоят дела в инвестиционной и стартаперской экосистеме Израиля, мы решили узнать у человека, который погружен в тамошние реалии. Кроме того, этот человек прекрасно осведомлен с ситуацией в Украине и в странах СНГ, поскольку долгое время жил здесь. Поэтому он может с полным правом и  реальными аргументами говорить на эту тему.

Этот человек – Роман Гольд, управляющий партнер израильской инвестиционной платформы JSCapital


 — Сейчас, когда в Украине начались боевые действия, ее стали чаще сравнивать с Израилем. Насколько корректным Вам кажется такое сравнение?

— Причины подобных параллелей понятны, но перед Израилем и Украиной стоят совершенно разные вызовы. Это государства совершенно разных контекстов: исторических, социальных, ментальных. Противостояние двух стран, одна из которых существенно больше, нельзя автоматически записывать в сражение Давида и Голиафа, каким бы образным и ярким не казалось это сравнение. В конце концов, если говорить о самом пессимистичном сценарии: для Украины это — потеря независимости и возврат к тоталитаризму, для Израиля — физическое уничтожение каждого жителя.

Так что подобные сравнения кажутся мне натянутыми.

Вместе с тем, существует множество тактических моментов, где Израиль и Украина находятся в достаточно похожих условиях. И некоторые из кейсов, успешно проверенных на израильском опыте, могли бы найти применение в Украине. Речь идет о целом спектре вопросов: от организации службы тыла до кибербезопасности.

— Что у нас действительно общего – у Украины и Израиля? В частности, в инвестиционной экосистеме.  

— Прежде всего, несколько сотен тысяч израильтян — выходцев из Украины. На мой взгляд, это самый ценный ресурс, который необходимо развивать. Если же говорить об индустрии инноваций, то Украину и Израиль объединяет сильная техническая школа, я бы даже сказал, техническая культура. Кроме того, есть как минимум одно направление, где синергия Украины и Израиля представляется естественной — речь идет об агротехнологиях.

Уже сегодня очевидно, что украинская экосистема инноваций не может и не должна ограничиваться копированием пути других государств — России, Польши, Израиля. В Украине создается свой паззл, и участие в нем Израиля должно быть ограничено несколькими элементами. Я был бы рад, если бы этими элементами стали: прозрачная законодательная база, адаптивная система образования и community building.

— Вы говорили в одном из своих интервью о том, что слова «инкубаторы» и «акселераторы» стали почти ругательными в Израиле. Можно об этом чуть подробнее? В Украине пока отношения между стартаперами и инкубаторами еще не достигли этой точки напряжения. Как думаете, у нас тоже эти слова скоро станут почти ругательными?

— Дело в том, что израильский стартап-рынок насыщен качественными проектами до такой степени, что нахождение стартапа в “обычном” инкубаторе или акселераторе воспринимается инвесторами как свидетельство недостаточной зрелости команды.

В то же время, в Израиле существует немалое число специализированных инкубаторов. Их можно разделить на корпоративные (к примеру, Cockpit — стартап-программа национального авиаперевозчика El Al), нишевые (с фокусом на сфере Fintech, EdTech, кибер-безопасности и др.) и региональные (готовящие стартап к выходу на рынок США, ЕС, Китая). Участие стартапа в подобных инкубаторах, разумеется, только поощряется.

Говоря об Украине, скепсис в отношении инкубаторов и акселераторов, на мой взгляд, может возникнуть лишь по одной причине – недостаточная экспертиза основателей множества подобных проектов.

Почему-то долгое время бытовало мнение, что стартап-пространство должно объединять людей с деньгами и людей с идеями. Люди с опытом в эту конструкцию не вписывались — во-первых, из-за того, что “портили настроение” первым двум категориям неудобными вопросами, а во-вторых, этих самых людей с живым, прикладным опытом на рынке было не так много.

Сейчас, как мне кажется, ситуация меняется в лучшую сторону: рынок очищается от проектов-пустышек. В то же время возникают новые инициативы, которые выглядят весьма перспективно.

— В Украине ходят легенды о том, как дружно израильское инвестиционное и стартаперское сообщество. Насколько реальна эта картина?

— Абсолютно реальна, но нужно четко понимать, о какой дружбе идет речь. Ни один израильский стартап-предприниматель (и уж тем более ни один инвестор) не поступятся ничем, что может нанести хотя бы потенциальный ущерб их бизнесу.

Израильское стартап-сообщество — динамичная и весьма жесткая структура. Но структура эта работает не только на себя, а и на общее благо индустрии. Поэтому в Израиле очень многие вещи доступны бесплатно – по знакомству, благодаря связям и личной репутации. Это касается экспертизы, контактов, инсайдов. И, разумеется, сотрудничества. Характерные для развивающихся стран зависть и стремление “подсидеть” давно уступили место здоровой конкуренции.

Израильский стартап-предприниматель мыслит стратегически, и это позволяет стартап-сообществу действовать как единому организму.

— Кто чаще всего инвестирует в израильские стартапы? Много ли вкладывает Китай (у нас об этом немало пишут)?

— Китайские инвесторы действительно активизировались на израильском стартап-рынке — третий год подряд объем китайских инвестиций в Израиль растет по экспоненте.

Но первое место с большим отрывом занимают американские инвесторы, на чью долю приходится более половины от общего объема инвестиций в израильские стартапы.

Если же говорить об израильских венчурных фондах, их доля в общей картине не превышает 15%. Будучи предельно точным, за первые три квартала 2015 года израильские фонды инвестировали в стартап-компании $443 млн, что составляет около 14% от общего объема инвестиций (в 2014 году доля израильских инвесторов была чуть выше — 16%).

Тренды ближайшей пятилетки достаточно очевидны — речь идет об увеличении доли “русских” инвестиций, а также инвестиций из Индии. К слову, буквально несколько недель назад стало известно, что самый богатый человек Индии — Мукеш Амбани — направил в Израиль своих скаутов с целью поиска перспективных стартапов.

— А на каких инвесторах специализируется Ваша компания?

— JSCapital обеспечивает доступ международных инвесторов к израильскому стартап-рынку. Мы работаем с венчурными фондами и фондами прямых инвестиций, бизнес-ангелами и семейными офисами. Если говорить о географии, то это Россия, Украина, Казахстан, а также Великобритания и Швейцария. В начале 2016 года к этому списку добавятся Сингапур и Китай. Наша специализация — поиск стартапов, находящихся “под радаром”, доступ к которым мы получаем посредством собственной методологии, основанной на академических, армейских и других связях.

— Что нужно украинской команде, чтобы пробиться на израильском рынке? Если можно, несколько ключевых качеств. 

— Первое и главное — необходимо понять, для чего украинской команде Израиль. Рассматривать Израиль сам по себе в качестве привлекательного рынка было бы неосмотрительно: внутренний израильский рынок крайне мал и неразвит.

Если же воспринимать Израиль в качестве плацдарма на пути к глобальной экспансии — такой подход может сработать. Помимо того — и это не секрет — израильскому стартапу значительно проще привлекать инвестиционный капитал, чем украинскому. Дело здесь не столько в юрисдикции, сколько в том, что “израильский стартап” — сильный бренд, имеющий самодостаточную ценность в глазах инвестора.

Подчеркну, речь идет о зарубежных инвесторах — я бы не стал переезжать в Израиль в надежде привлечь внимание израильских VC, их pipeline загружен местными стартапами со многими из которых отношения выстраивались годами.

Переходя к практической части ответа, я бы поставил на первое место навыки коммуникаций — как языковые (владение английским), так и деловые (networking skills). Девять из десяти важных вопросов можно (и нужно) решить в неформальной атмосфере, за чашкой кофе или тарелкой хумуса.

Далее, следует выделить уважение к закону — не только к законам государства, но и к принципам функционирования израильского стартап-сообщества.

Есть еще множество других деталей, но эти два фактора — коммуникации и законы — на мой взгляд, являются ключевыми.

— К кому именно обращаться командам из Украины? Можно ли начинать «экспансию», не эмигрируя?

— Откровенно говоря, это практически нереально. С одной стороны, Израиль является воплощением западной модели ведения бизнеса, с другой — это восточная страна с восточной спецификой. Для израильтян крайне важно “почувствовать” человека, поэтому без нескольких десятков (а то и сотен) чашек кофе шансы влиться в местную стартап-тусовку пренебрежимо малы. Конечно, первое время (полгода-год) можно бывать в стране “наездами”, но рано или поздно придется найти человека, который сможет находиться в Израиле постоянно и будет лицом команды на израильской стартап-сцене.

Первые же знакомства можно завязать либо на профильных мероприятиях (DLD Tel Aviv, Ernst & Young Journey, Go4Israel, TAU Innovation Day, Cybertech и т.д.), либо через многочисленных представителей израильской стартап-тусовки, говорящих на русском или украинском языках. Кроме того, в рамках деятельности JSCapital мы регулярно проводим специальные туры для инвесторов и стартап-предпринимателей, желающих познакомиться изнутри с израильской индустрией инноваций.

— Какие перспективы Вы видите для Украины? И что нам мешает достичь успеха?

— Потенциал украинской индустрии инноваций на сегодня — едва ли не самый высокий среди всех государств постсоветского пространства.

Примечательно, что это не является заслугой ни государственных структур, ни индустрии тяжелой промышленности, ни системы образования. Практически все, что построено — результат частной инициативы, высокой концентрации талантов и серьезной инженерной экспертизы. Если добавить к этому прозрачные правила игры для инвесторов и предпринимателей — индустрия взлетит вверх. Если не добавлять — не взлетит, но и не остановится.

Израиль прошел через эту фазу в начале 90-х — сегодня страна занимает 8-е место в мире по защите прав миноритарных инвесторов (США — 35, Украина — 88). В Украине маховик уже запущен, и пути назад нет. Так что все будет хорошо.

 

Беседовала пиар-менеджер Digital Future и руководитель проекта Thinking Investor Екатерина Гичан.

Пред. След.